Выступление А.Н. Клепача на заседании «Меркурий-клуба»

Выступление заместителя председателя государственной корпорации «Внешэкономбанк» А.Н. Клепача на заседании «Меркурий-клуба» на тему: «Проблемы и перспективы эффективного освоения и развития Арктической зоны и прилегающих регионов России», состоявшемся 8 октября 2014 года.

Уважаемые коллеги! В каком-то смысле Арктическая программа – это такой скачек в будущее. Намного менее понятно, что делать в настоящем, потому что действительно программа с точки зрения финансирования напрямую ничем не обеспечена. Евгений Максимович правильно сказал, что хотя программа начинается с 2017 года, хотя и с 2017 года в бюджете ничего не стоит, но надо понять, что делать как бы сейчас. Мне кажется, что действительно есть несколько моментов, которые нужно выделить и определиться с тем, какие шаги необходимо предпринимать и как их зафиксировать на государственном уровне.

Первый вопрос, который действительно касался и самого проекта программы и реальной жизни сейчас – это то, что есть как бы отдельные отраслевые проекты по ледоколам, причем, даже в большей степени по ледоколам, чем по Северному морскому пути, имея в виду, как бы загрузку, грузопоток и все прочее. Есть определенные решения по линии Минобороны как бы восстановления аэродромов, навигационных центров по развертыванию группировки, есть ряд других решений, но нет решений о комплексном развитии территорий. О чем Игорь Ильич и сказал. По сути дела, мне кажется, нужно сейчас выработать вместе с регионами, вместе с научным сообществом подходы и критерии того, а что означает это комплексное развитие, применить именно к Арктическим территориям, учитывая проблемы коренных народов, учитывая проблемы крайней чувствительности природы этого региона, в том числе задачи, связанные с освоением природных ресурсов, и выделить в рамках вопросов комплексного развития территорий некоторые ключевые очаги или зоны, где эти проекты или этот комплексный подход должен реализовываться. Потому что одни проекты есть на Чукотке, абсолютно другая ситуация, как я понимаю, в Мурманской области, другие области хуже себе представляем, но они все крайне разные, поэтому вопрос вот этой границы, который проведен, он же не только географически, но надо понять, а что содержательно за этим стоит. Поэтому, мне кажется, как мы часто любим говорить, нам нужна «дорожная карта» или план некоторых ключевых мероприятий, которые прописаны применительно к тем областям или отдельным частям этих областей, улусы, которые туда попали или должны попасть, но что мы должны делать в эти три года и дальше.

Второй аспект, который здесь важен наряду с отстаиванием расширения нашего шельфа – это вопрос разведки природных ископаемых. Он упирается во многом действительно в то, что необходимых технологий у нас для этого либо нет, либо мы предполагали, что эти технологии, которые мы получим в партнерстве с западными компаниями, что сейчас перекрыто санкциями. Поэтому нужна действительно ревизия и оценка, инвентаризация наших возможностей и поиск тех партнерств, которые мы можем здесь выстроить, если не с западными компаниями, которые попали под санкции, то с восточными партнерами для того, чтобы все-таки вести эту разведку в ледовых условиях. Скорее всего, нужно понять, что определенные планы по разведке месторождений или по освоению месторождений будут сдвигаться вправо точно так же, как это было по всем предыдущим планам: по Штокману и по ряду других проектов. Поэтому вопрос Арктической программы действительно, как мне кажется, разбивается на несколько этапов. Первый, такой переходный или подготовительный, эти годы и может быть 2017-2018 г.г., когда мы действительно должны сделать плацдарм и с точки зрения разведки, и с точки зрения в первую очередь создания инфраструктуры, на основе которой в дальнейшем можно будет разворачивать уже проекты по освоению природных ископаемых и по наращиванию мощностей Северного морского пути, потому что здесь тоже диапазон оценок крайне разный, и создание условий в тоже время для сохранения среды обитания коренных народов, но или между экологией и экономикой всегда есть серьезные конфликты. В полной мере их никогда не удается решить, но, так или иначе, нужно предложить определенную модель такого соразвития экологической сферы, сохранения среды обитания и решения тех перспективных задач по освоению природных ресурсов, которые нам должны позволить, и под это нужны, в том числе определенные новые экономические механизмы, которые позволили бы сохранять природу, если необходимо платить как бы за сохранение природы, которая в тундре и Арктике крайне уязвима. Потому что без этого нельзя повторять те ошибки, которые у нас были раньше и, по сути дела, нужно действительно выработать новую экономическую модель, которой пока у нас сейчас нет. В этом смысле вызов Арктике, это опять же вызов не только вопроса нашего господства над крайней перспективном регионом с точки зрения полезных ископаемых, углеводородов, подтверждение нашего геополитического контроля над зоной Арктики, которая была нашей зоной со времен советской власти и Советского союза, но фактически мы должны предложить новую модель такого соразвития современной экономики и природы, которую нам еще предстоит выработать. Поэтому здесь опять же вопрос Арктики, вопрос, обращенный в будущее, но еще раз хочу вернуться к тому, о чем сказал Евгений Максимович, нам нужно иметь достаточно серьезные практически шаги, которые надо реализовывать уже сейчас в 2015-2016 годах. Спасибо.